Номер [7] – Воспоминания

Я смотрел сквозь щель в балконном полу и видел проступающее утро. Запотевшие окна, покрытые слоем смолы из сигаретного дыма добавляли ощущения неопределенности. Я сделал еще одну затяжку и закрыл глаза. Воображение было на профилактических работах и в эфире царила тишина. По полу потянуло свежим воздухом… Скоро начнет холодать… Лето заканчивается. На часах четвертый час утра и этот август почти такой же как и в прошлом году. С одной лишь только разницей. Тогда я думал о ней, сегодня я жалею, что думал так как год назад.

Сделав тяжелый вздох я закурил очередную сигарету. Скучаю. Просто по-человечески скучаю. Прошел год, как мы больше не вместе… А сердце думает иначе. Мне вообще кажется, что оно у меня не связано с реальностью и внушить ему то, что на самом деле происходит – мне не подвластно. Как там психологи говорят… Сначала идет Шок. Потом отрицание, за ним сделка, вина, потом гнев, потом депрессия, а лишь после – принятие. Мне кажется что первые пять пунктов пролетели за несколько дней… А вот последние два – тянутся уже почти год.

Мы были слишком разные и это нас сближало. Она прагматик с нотками романтика, а я же наоборот – романтик, который иногда может включить прагматика. Всегда жалею, когда его включаю.

Я все реже хочу спать… Я не хочу, что бы она мне снилась. Я устал от этих снов. Просыпаться утром с улыбкой, которую мне дарили во сне – прекрасное чувство… Проводить рукой по холодной и пустующей половине кровати – ужасное недоразумение, происходящее изо дня в день…

Я снова закрыл глаза. Снова постарался отвлечься и думать о море. В попытках представить, как соленый воздух стягивает губы, а острые края ракушек впиваются в ступни ног я ныряю. Вода поглощает меня полностью… Я перестаю двигаться и иду на дно… Кислорода мне хватит на пол минуты… Осталось 29 секунд… 28… Я закрываю глаза уже в воображаемом мире… Счетчик тикает с каждым ударом сердца. 23… 22… Я слышу голос… Воображение внутри воображения говорит мне “Стой! Остановись… Пожалуйста, не делай этого”… И среди черной пелены я вижу очертания знакомой до боли татуировки… Снова она. Тут! Внутри воображаемого воображения… Это невозможно, потому что просто не может быть! Я подскакиваю с деревянного пола балкона и обжигаюсь бычком сигареты… За дело. Запомню за то, что так лучше не делать впредь.

Мне нужно перестать думать. Это отличный способ, что бы не вспоминать о тебе, дорогая. Я устал. Я помню все, о чем мы договаривались. Я помню, что дважды в одну воду не входят. Я помню, что если рвём, то навсегда. Я помню все это… Видимо поэтому и не пишу. Каждый день хочу написать… Но не пишу… Говорят – любишь – отпусти… Я отпустил. До сих пор жалею, что сделал такую роковую ошибку.

Дрожь в ногах постепенно проходит… Я падаю на кровать… Обнимаю подушку… И закрываю глаза… Улыбка снова наплывает на моё лицо и Морфей открывает врата в мир, где мы по прежнему вместе… Где мы так же любимы и будем любить друг друга…

Как же хорошо, что я забываю почти все сны спустя одну минуту… Наверное в попытках отпустить тебя из своего сердца… Потому что действительно люблю.

Номер [6] – Волны Мистера Кима

Очередной кубик льда растаял в бокале.. Музыка по прежнему играла в голове, стеклянный взгляд уткнулся в пространство барной стойки и искал отражение в колонне пивного крана. Потёки хмельных напитков на нём вперемешку с отпечатками пальцев замутняли и без того невидимую картинку отражения. Я сжал левую руку в кулак и чуть было не ударил по деревянному покрытию.. Вовремя одумался. Меня здесь любят. Я люблю их. Не будем нарушать столь хрупкий баланс. Кинув несколько купюр я отправился в комнату.

Приглушенный сине-зеленый свет.. Звуки минета за второй дверью в такт музыке.. И зеркало. Оно мне нужно было как никогда ранее. Кран на середину – и полные ладони ледяной воды полетели мне в лицо, приводя в чувства и отрезвляя от последнего “Белого русского”. В отражении за стеклом, казалось, был целый мир.. Красные белки глаз, недельная щетина, ссадина на щеке и след радости прошлой ночи бордовым пятном сияющий на шее – лишь маска.. Каждый раз когда я вижу “Это” меня продирает до костей, ледяной разряд молнией прорывается сквозь пальцы ног, проходя через каждую клеточку тела рассекает черепную коробку, как топор дровосека бревно.. Моя древесина внутри головы кишит термитами.. Конечно в тандеме с ними жить приходится, но иногда посещает желание стереть всё и начать заполнять картотеку безобразия заново.

На долю секунды мне показалось что отражение дёрнулось.. А я нет.. Это всего лишь воображение.. Или зеркало оснащено дисплеем и камерами, которые я не вижу, но за то они видят меня прекрасно.. Я провел руками, что бы убедиться, что это так. Пытался найти ту самую камеру, скрытую под зеркальной плёнкой.. Прикоснувшись к самому краю по поверхности поплыли разводы, как будто это был не кремниевый монолит а водная гладь. Вертикальная водная гладь. Я проморгался, сославшись на усталость и повторил движение. Ничего. Показалось.

Громко хлопнув дверью я выбежал на улицу.. Сердце билось со скоростью отбойного молотка и перекачка красной жижецы по организму проходила в разы быстрее обычного.. Ноздри раздувались с каждым вздохом и из них валил густейший пар. Холод окутывал этот город.

На мобильнике высвечивалось несколько пропущенных, пара смс и ожидающее такси за углом. Я не вызывал такси, что это?

– Алло?
– Добрый вечер. Я жду вас. За углом. Пройдите. – хриплый голос, почти электронный просипел в трубку.
– Кто говорит?
– Ожидающий
– Я вас не жду.
– За то ждут вас.
– Кто?
– Биип..

Что это было? Может быть мне просто отказывает память.. Надо завязывать пить. Столько пить..
Сумка.. Я забыл свою сумку..

Я дёрнул ручку бара, но всегда открытая дверь круглосуточного заведения внезапно не поддалась. Я дёрнул сильнее, и не получив ожидаемого результата ударил по ней кулаком.
Там же все мои вещи, ключи, деньги, батарея для телефона.. Стекая на порог заведения моё тело уже никуда не хотело передвигаться.
Оставался лишь ожидающий за углом..

Черный мерседес. Ну кто бы мог подумать. Классика. Когда то я слышал одну заезжанную фразу от владельца такого пепелаца – “Хорошие девочки попадают в рай, плохие – в черный мерседес”.. Вот я ни плохой, ни хороший, и тем более не девочка.. Что ж мне, так и стоять всю жизнь в этом чистилище? Попробуем..
Я сделал пару шагов и встал перед фарами, бьющими в лицо серебристым светом и закурил.
Если уж ждет, то подождет.
Каша из мыслей не собиралась воедино и уже от безысходности, чем от интереса – я дёрнул заднюю ручку двери.
Внутри находился человек, годиков эдак за 50, в черном плаще, шляпе с узкими полями и в пурпурных перчатках. Его лицо не было видно с улицы и сквозь открытую дверь..
Стоило её закрыть и внутри автомобиля стало еще темнее.. Адаптивная тонировка, бронированные стекла, перегородка между водителем и пассажиром.. Всё как положено для “важного” разговора. Мы тронулись с места, но я не спешил задавать вопросы. От того что новая информация о происходящем поступит мне в голову на минуту раньше – спокойнее я не стану, а посидеть в тепле и тишине минуту-другую я хотел бы с радостью.

– Добрый вечер, Алекс. Меня зовут Мистер Ким.
– Добрый?
– Всё зависит от вас.
– Ну что ж. Вы меня успели заинтриговать.
– Вы замечали что-то странное в последнее время?
– Да, меня не каждый вечер ждет персональный водитель возле бара.
– Юмор.. Юмор это полезно. Не теряйте его, он еще пригодится, но не сегодня.
– Ну.. Дверь в “Зеленый свет” оказалась закрыта.. На ней даже замка никогда не было… Вроде..
– Еще..
– Еще..? Разговор этот странный. Вы знаете что-то, что не знаю я. Вы от меня хотите услышать что-то, о чем я знаю, но не знаете вы. Не будем тратить время друг друга, что конкретно вы хотите?
– Разумно. Зеркало. Полчаса назад.
– Ну че.. Зеркало как зеркало.. Жидкое какое-то мне показалось.. Это странно? Мультимедийная манель с зеркальной плёнкой и завлекухой для лоха, че тут такого?
– Может быть.. Что вы видели?
– Отражение
– Что вы видели
– Да ебало свое я видел, как в зеркале
– Что вы ВИДЕЛИ – было ощущение что он проговорил это не только стиснув зубы, но и сняв предохранитель с пистолета..
– Глаз у меня в зеркале дернулся. А в реальности нет. Да я пьяный, бывает, показалось. Вы это хотели услышать?!
– Судя по всему да. Вы трогали его?
– Кого его? Глаз? Член? Зеркало? Да, да и да.
– Обидно. Значит контакта не осталось..
– Какого контакта?
– Алекс. Вы наверное устали. Хотите выпить? или может отвести вас домой?
– У меня ключей нет и мне хватит
– Вот ваша сумка. – Он протянул мой рюкзак и небрежно бросил мне под ноги.
– Спасибо. Адрес у вас мой судя по всему должен быть. Подкинете до дома?
– Да.

Я вышел и закурил. Чувство что меня где то наебали не покидало до самых дверей подъезда.. Я дотронулся до кнопки домофона и после прикосновения по всей панели раскатились небольшие волны, как будто рябь от брошенного в воду камня…
В этот момент я убедился точно, что что-то произошло, и это что-то явно интересно тому мужику из мерседеса.. “Надо бы научиться запоминать имена с первого раза” – подумал я и вошел в подъезд.

Номер [5] – Ангелы

Холод был лютый. Мы стояли на остановке общественного транспорта и казалось что течение времени замедлилось так, что черные дыры не где-то во вселенной, а в кармане вон у того незнакомца.. Или под юбкой у леди, что стоит передо мной и закрывает меня от редких лучиков солнца, проступающих сквозь тучи. Телефонный треск не добавил настроения.

– На связи.
– Ты не забыл, что обещал сегодня встретиться?
– Такое не забывают.
– Ты опять не в настроении?
– Я часто по твоему вообще бываю в настроении?
– Да..
– Тогда да. Я в настроении. Не самом позитивном конечно. В девять у входа в “Зеленый Свет”.
– Мне там не нравится.
– За то нравится мне.

Я положил трубку. Местечко на самом деле было не самым лучшим, но атмосфера самоуничтожения там была на высоте. Никому не хотелось ничего. Самое то, что бы скоротать вечер за данным обещанием.

Наступая на лужи я не мог перестать думать о ней. Еще два дня надо подождать, что бы увидеться с незнакомкой. Два. Дня. Я готов считать секунды и не могу себе представить, что скажу ей.. Импровизация во всяком случае всегда была моей сильной стороной, однако часто поток неструктурированных мыслей мог испортить всё за считанные секунды.

Вяло текущая депрессия не отпускала ни на минуту. Включив музыку погромче я закрыл глаза и воображение нарисовало картину.. На сцене стоял человек, с волосами, закрывающими всё лицо. Держа микрофон он произносил “Возьми с собой меня на половину”, и поднимая руки вслед за взглядом вверх, под очередной аккорд от его ног разлетелась волна.. Как ударная волна при взрыве бомбы – она так же уничтожила и превратила в пепел все вокруг.. И у человека выросли крылья.. В тот момент он перестал быть простым смертным – одна его половина – дьявольское отродье – черная кожа, испепеляющий огненный глаз и костлявое крыло, покрытое истлевшими перьями.. С другой стороны – светящийся глаз, как око ангела – отражал в себе души спасённых.. Распустив белое крыло он взмывает вверх, а под ним в ту же секунду остатки сцены проваливаются в гигантскую пропасть, и тонут в потоке кипящей лавы..

В его спину влетает нож.. Взявшийся из ниоткуда разрубает на пополам… И две половинки, существовавшие всю жизнь бок-о-бок становятся самостоятельными и разлетаются в разные стороны, готовясь к битве.. К битве друг с другом.. И только лишь маленькая крупица “человека” остаётся витать в воздухе.. Задержавшись на кончике ножа.. Клинок падает с свистом вниз и втыкается в камень.. В тот самый миг ангелы разлетаются на миллиарды кусочков, падающих как конфети из блёсток вниз.. Потоки кипящей лавы моментально твердеют, а тучи расходятся.. Луч света падая на камень согревает его.. И вокруг начинает царить спокойствие..

Я открыл глаза.. По телу пробежали мурашки и волосы встали дыбом.. Это было круче любого оргазма на свете.. Старуха-депресуха отпустила меня на некоторое время и то самое спокойствие воцарилось и в моей голове…

Номер [4] – Желтый миндаль

Мне казалось, что пролетело несколько дней, прежде чем я пришел в себя…

Вагон полу-пустой. В дальнем углу сидит непонятная парочка, и как будто они вместе, но думают совершенно о разных и никак не связанных вещах.
В моих наушниках как и всегда играет музыка, но на сей раз что-то для меня необычное… Lacrimosa – alleine zu zweit.. Сил в организме почти не осталось и я не смотря на дикую усталость ехал подняв голову и ни о чем не думал.
Двери открылись и вошла девушка. Скорее.. Женщина.. Чуть постарше чем мне хотелось бы, но прекрасно выглядящая, с идеальной осанкой, на небольших каблучках, кудрявые распущенные светлые волосы – как будто их накручивали на пальчики дюжина специалисток, острый подбородок с маленькой впадинкой, голубые глаза и огромные, гигантские ресницы. Не накладные, как у дешевых шлюх, а свои. Из макияжа не было ничего, кроме помады.. Ох, и правда, еще кто-то пользуется помадой.. Обожаю женщин, пользующихся помадой.. В её руках была оранжевая кожаная сумка и какой-то телефон.. Обычная вообщем то девушка, однозначно она совсем недавно в этом городе, которая зацепила мой взгляд.. Ярко-желтым классическим костюмом. Он на столько великолепно на ней сидел, что складывалось ощущение, что именно ради таких вот впечатлений их и шьют.. Вот только подобный всплеск эмоций они вызывают крайне редко.. Она села напротив, открыла сумочку и достала коробочку с новыми наушниками. Она явно не местная: классно выглядит, симпатичная, и не потеряла то, чего нет у современных девушек – шарм от всего лишь одной дрогнувшей мышцы на лице, после которой обычно следует улыбка…

На одном из наушников не было амбушюры, слетела видимо, и незнакомка ловко вытащила из пластикового футляра еще один и начала надевать. Очень мило выглядело, как она старается это сделать, и.. И на её лице проступает тончайшая, еле уловимая улыбка.. Какая прекрасная… Улыбка..
В какой то момент мне показалось, что в вагоне не было никого. Ни странного азиата, стоящего ко мне задницей, ни бабульки, которая зачем то пыталась разглядеть текст на моем телефоне, ни кавказца, повисшего на поручне как сарделька..
Никого.. Только я, незнакомка и маленькая белая амбушюра, в самый последний момент, выскользнув и подпрыгнув, слетевшая и закатившаяся под полу пиджака. Она развернулась, чуть привстала, взяла её в руки и.. Повернулась и посмотрела прямо мне в глаза, как будто задавая вопрос “это же не выглядело так глупо?”.. Нет! Это наверное была одна из самых милых, простых и незаурядных вещей, которые я видел за долгое время.. ЗАчем она повернулась? Ну вот зачем её взгляд, с исходящим от него теплом, сочащимся сквозь густые волосы пал на меня? Спустя мгновение я улыбнулся, от того, что улыбнулась и она.. Мы вместе засмеялись.. Я старался не смотреть ей в глаза и не смущать её тем самым.. Но не мог себя пересилить и заставить повернуть шестеренки в шее в другую сторону..
В ту секунду в моей голове пронеслись миллиарды мыслей, и ни одна из них мне не дает покоя и сейчас..
Моя остановка следующая..

И мне выходить.

Я встал заранее. С наркоманской улыбкой, которую ничем и никакими усилиями невозможно убрать с лица я стоял и смотрел в собственное отражение. Глубоко посаженные глаза, густые брови.. Нос как клювик у какой-то северной птички.. Суховатые скулы и двухдневная щетина.. Да кому я такой нужен то, спросил себя сам и в отражении открывающихся дверей я только успел заметить, как к карману моего рюкзака протянулась рука в желтом пиджаке..
Тот самый азиат резко толкнул меня в спину и я не успел опомниться, как двери закрылись и она уехала.. Она уехала и проводила меня взглядом, как будто знала, что я провожу её… Поднимаясь по эскалатору я вспомнил про карман. Сунув руку я обнаружил бумажку-стикер, с приклеенной к нему той самой белой амбушюрой, а на бумажке были написаны семь цифр.. Номер телефона? Ей же не 54 года.. Этот мир давно пропитан современными технологиями.. Хотя все они привязываются к мобильному телефону. Теперь надо подождать. Если играть, то по правилам. Три дня…

Выйдя на улицу я шел в сторону почтового отделения и сиял как огни на Эйфелевой башне, напевая песенку и осознавая, что то ли эффект желтого пиджака сыграл свою роль, то ли тот факт, что она первая за несколько лет незнакомка, которая мне улыбнулась, то ли магия, в которую я видимо скоро начну верить..

И вдруг из-за ничего мне не стало похуй.. Очень внезапно мир преобрёл запах миндаля и желтый цвет ламп напоминал только о ярких лацканах незнакомки…

Номер [3] – Один плюс Две равно ноль

Спустя некоторое время я перестал воспринимать происходящее в серьез. Перестал перепечатывать текст, если сделал грамматическую ошибку однажды, и подсел на чувство “похуй” как героинщик на иглу. Свой отпечаток это оставляет на каждом моем действии, на каждой секунде моей жизни. Сейчас на улице где-то вечер, кто-то уже ложиться спать, а классическое приглашение от моих старых друзей созвониться и поиграть в онлайне еще не поступило. Часы на компьютере перестали показывать время правильно уже давно. Батарейка окислилась еще при переезде. Видимо фура, в которой груда кремния малазийского производства путешествовала из пункта А в пункт Б по заснеженным дорогам ехала долго и контакты перестали быть конактами. Всё. “Кина не будет” – как говорилось в одном Советском фильме. Вот и в моей голове эту батарейку вытащили. Отключили. Заморозили. Окислили. Теперь каждое утро, как новый день, и что-бы старый день закончился – достаточно просто закрыть глаза и глубоко вздохнув обнять подушку.

В когда на душе скребут кошки и ты просто не знаешь что делать – самый верный и безопасный способ – не делать ничего. Ну вот совсем. Просто остановись и замри. И посмотри, как изменится мир вокруг тебя за 60 секунд. Микробиологи уверенно скажут, что за это время родилось и умерло огромное количество бактерий, а химику не составит труда сказать, сколько кислорода превратилось в углекислый газ, пока ты дышал, стоял смотрел и не делал то самое ничего. Как оказывается не делать ничего не так уж и сложно. По первому времени начинаешь привыкать, а потом отвыкаешь делать вообще хоть что-то. Вот и я попал в эту самую пучину деланья “ничего” и “на похуй”. Так и жизнь пройдет, а ты ничего не добьешься, вырастешь, лицо покроется морщинами, твои друзья обзаведутся внуками, братья будут звать на ужин по воскресеньям раз в три месяца, а ты поседеешь и умрешь. глядя на то, как меняется мир вокруг тебя. Батарейку давно пора заменить, и что-то начать делать, но игла засела так глубоко в позвоночник, что каждое шевеление доставляет неистовые страдания, продирающиеся от копчика и слетающие с кончиков пальцев. Такие мысли мне приходят всегда и постоянно.

– Привет, мужик! Как жизнь? – раздался голос из-за спины
– …
– Извини что опоздал, метро, понимаешь? Пробки достигли подземки – с улыбкой на лице сказал Артем.
– Пиво?
– А может по водочке?
– Можно и по водочке.

На кухне горел торшер и бутылка пустела так же как и моё сознание. Плакать хотелось, но было нельзя. Я достал сигарету и долго крутил её в руке: то вставил в зубы, то понюхал, то положил за ухо.. Курить не хотелось, но привычка.. Что с ней делать не знал практически никто из моих друзей. Когда то начали курить, а теперь уже и забыли зачем.. Я например попросил своего школьного друга научить меня курить, что бы понравиться одной девочке и познакомиться с ней. Несколько лет назад я уехал от всего этого и начал новую жизнь, но я даже подозревать не мог, что я так сильно врос корнями в свое прошлое. Люди то не меняются и современные технологии дают нам этом убеждаться вновь и вновь. Спускаясь в метро или сидя на унитазе я частенько захожу в тот же инстаграм и “искренне радуюсь” за ту самую девочку, ради которой я начал курить, за того друга, который научил меня курить, за какую то курицу, которая села за руль автомобиля и о Боги, она “крутая”.. Зачем? да чёрт его знает. Так видимо лучше думается, восседая на фаянсовом приятеле. Чувство злости не покидало меня. Водка почти закончилась а Артём втирал очередную басню про какую-то загадочную бабу, с которой он провел прошлую ночь. Лучше бы он просто запостил фото котика в куда-нибудь, как это делают все нормальные люди. Похуй. Разбалаболился, так пускай выговорится, может ему от этого станет лучше?..

– Ты че закис то?
– Я? Не, все нормально!
– Может я еще сгоняю?

Я молча кинул ключи в его сторону и указал на ящик с деньгами. Там всегда есть деньги. Каждую пьянку или чаепитие у меня на кухне кому-нибудь на что-нибудь надо денег. Обычно это на такси или на догон.. Порой на резинки.. Кстати всегда было интересно, почему не спросить презерватив у хозяина квартиры? Вдруг они у меня есть? В действительности большинство моих знакомых приятелей не верили в то, что со мной может рядом находиться какая-то приличная девушка. Может, но я почему то их фильтрую, как некондицию… Отсутствие женской ласки из мужчины делает мужика, а из парня задрота. Или педика. Тут уж кому что. Щёлкнул дверной замок и открылась дверь. В ней стоял Артем и две непонятных барошни.

-Ты где это взял?
– Да на кассе познакомились! Это Анна и Манна.
– Ты бредишь? Дамы, вам в кроватки пора, домой.
– Милый, ты не злись на Тёму, он позвал и сказал, что с вами весело!
– Нихуяшеньки с нами не весело! Выметайтесь из моей квартиры в месте с милашей своим!
– Братан ты чего разорался то?
– Я тебе притон здесь по твоему держу? Или по мне видно, что мне это надо? Выметайся вместе с ними.
– Даш на такси?
– Бери и уёбывай. Отдаш потом как нибудь. И бутылку забери. Закусывать мне одному всеравно нечем.

Двери захлопнулись и лифт с шумной микро-компанией тронулся вниз. Я выглянул в окно и уставился на звёзды… Жаль что их не было…

 

Номер [2] – Помню. Но никому не скажу.

Мысли. Мысли крутятся в голове с самых первых мгновений рождения, когда еще не успел сделать первый вдох, первый лучик света не увидели глаза, мысли уже в наших головах, мы просто напросто их не помним… Не помним, как их выражали тогда.. Мысли пронзают стрелой нашу жизнь насквозь.. Они движут нами и побуждают к действиям, помогают и убивают.. Когда последний атом кислорода покидает лёгкие и глаза перестают реагировать на мерцающую лампу реанимации мысли уходят с нами..

Прошло немного времени с момента нашей последней с ней встречи.. Не мало для того, чтобы соскучиться, не много, что бы забыть, а ровно столько, что бы с экрана кинотеатра головного мозга не пропадала ни на мгновение главная героиня.

Солнце ласкало крыши домов, припевая что-то из репертуара шестидесятых.. Оно лениво следило за каждым из нас. Я налил в термос кофе и начал собирать вещи. Практически неуловимый аромат прошедшей ночи не покидал меня и не давал сосредоточиться. Как её зовут, я так и не знал. Не хотел знать. Мне не нужно было этого знать.. Образ, возникший в моей неразумной голове созревал, как тыковка на грядке.. Я закрыл глаза..

На экране загорелась пауза.. Пауза времени. Чувство подавленной извне эйфории давило на спинку единственного кресла в кинозале. Здесь никогда не загорается свет.. Здесь нет дверей.. Пустота и вакуум.. Наверное так чувствуют себя насекомые, впадающие в анабиоз зимой..

Я поднялся с кресла и открыл глаза. Что это только что произошло, не подвластно никаким объяснениям и не существует ни единой теории… Я выскочил из квартиры и плюнул в угол подъезда. Привычка появилась еще в средней школе, когда я стал самостоятельно её посещать – чашка теплого кофе залпом перед выходом и плюнуть в угол..

За несколько лет на полу подъезда моей старой квартиры сформировался замысловатый узор, и был бы я импрессионистом, или еще каким-нибудь маргинальным художником, то данный кусок бетона был бы определенно в цене.. Благо дело – я не художник, и давно переехал.

Открылись двери лифта и я сделал шаг вперед. Мелкая дрожь всколыхнула волосы на ногах, когда створки закрылись и лифт тронулся.. Я опустил взгляд вниз, воткнул наушник и вставил в зубы сигарету.. Спички.. В кармане лежал насквозь мокрый коробок. Его можно было выжимать, но карман куртки был сухим. Странные вещи продолжали происходить с завидной регулярностью, и меня это начало напрягать.. Лифт нехотя остановился между этажей, двери начали медленно открываться, я им помог и они с грохотом провалились в ниши. Переступая через две ступеньки я сбежал с лестницы вниз и вынес дверь парадной, не успев нажать на кнопку открытия..

Свежий воздух моментально охмелил сильнее любого наркотика и ноги перестали слушаться. Ранним утром на улицах этого смрадного города обитают только дворники и бегуны. Падающее с неба дерьмо никак не походило на разгар фитнесс-сезона, а тараканы в рыжих спецовках уже разбежались по своим углам. Ни одна душа не слышала грохот падающего на скамейку тела. Глаза резал свет всеми цветами радуги раскладывающийся через смесь дождя и снега. Начиналась пурга. Я пролежал некоторое время неподвижно, поднял руку и попытался выудить спичку.. На удивления ловко извлеченная палочка загорелась с первого раза, я втянул дым и начал приходить в себя…
Окна автобуса запотели и успели покрыться тонкой коркой льда. Я нарисовал веселый смайлик, и сам же улыбнулся ему в ответ. В сумке зажужжал телефон: “Она”.. До боли знакомый голос в моей голове мне диктовал правила – игнорируй. Забудь. Заблокируй и никогда не вспоминай больше. Я послал его по известному адресу и провел пальцем по горизонтальной полосе:

-Я слушаю.
-Привет, ты.. Ты меня забыл.. Ты.. Забыл.. Меня..

Сквозь слезы и охрипший пост-истерический голос послышалось биение сердца..

-Я тут, не забыл. Что случилось?
-Ты обещал.. Но ты.. Забыл..

Три коротких гудка прервали её трагичное повествование. Я прокрутил остатки воспоминаний прошлого вечера и действительно забыл, что же я обещал. Вообще ничего удивительного – кодекс чести имени меня не позволял перезванивать плачущим женщинам, особенно если я голоден.. Капюшон накрыл мою голову и тело вытекло на улицу. Отточеные годами движения и их последовательность руки и ноги знали наизусть – быстрый шаг, сигарета, взгляд вниз, и тихонько подпевать плееру.. Эх, жалко у меня нет с собой гитары…

Я прошел без малого несколько километров, пока не осознал то, что идти сегодня некуда. В батарейке осталось несколько процентов, холод уже давно переступил черту вежливости и поднимался вверх по ногам.. Ступенька за ступенькой приближали меня к свеженамеченному месту дислокации на следующие двадцать минут.

Я открыл тугую деревянную дверь и отряхнул снег. В харчевне было пусто. Трактирщик протирал бокал для пива, а девочка с фартуком залипала в телефоне. Я громко топнул и она подскочила ко мне. Проводив за столик и испарившись с заказом она оставила какое-то несгладимое впечатление того, что я её знаю.

Мы очень часто не замечаем самого главного… Среди миллионов мелочей иногда, а точнее почти всегда трудно различить – есть ли это самое главное вообще, или нет.. Тут оно было. Я размешал сметану в чашке супа и откусил кусочек чесночного хлеба. Сегодня дорога домой. Нужно выспаться. Да и чесночный запах перебить теперь уже будет не так просто.

В кармане оставалось не так много денег и мне нужно было еще. Все мы любим хрустящие купюры.. Или многоциферные остатки на счете в банке – не любить такое невозможно.. Расплатившись я начал бороться с идеей познакомиться с этой девочкой… От неё веяло.. Загадкой..

Не в этот раз.

В кармане снова зажужжал телефон.

“Она”.

Номер [1] – Лицом к лицу

Ветер. Ветер стучал в окна проезжающих мимо машин, накренял рекламные щиты, поднимал примерзшую к земле листву и кружил в воздухе смесью соли, пыли и мелких крупиц опускающегося тумана. Я шел по улице, вставив наушники так глубоко, как позволял болевой порог. Наверное это вредно для слуха. Я расстегнул карман и достал пачку сигарет. Пальцы дрожали а Warren Zevon завывал очередной куплет. Несколько раз судорожно открыв и закрыв пачку я выудил одну сигарету и вставил её в зубы. Красный свет светофора остановил меня и таймер начал отсчитывать секунды. Поворот колеса над кремнием, искра, возгорание.. Затяжка. Я выпустил две густые струи дыма через нос и перестал чувствовать запах надвигающегося вечера. У всего есть свой запах. У моря, у улиц, у машин и проходящих мимо людей, а так же он есть у ситуации и случаев. Множество окружающих вещей в тот или иной момент создают некий симбиоз запахов, который и начинает ассоциироваться с какими то эвентами. Я шагнул на белую полосу зебры и хаотичным взглядом начал искать следующую. Её не было ровно так же как и в жизни: тебе дают зеленый свет и координаты первой белой полосы, но никто не говорит, где хранится ведро с краской. Маслянистой белой жидкости, режущей нос растворителем и помогающей мозгу сделать следующий шаг. Так и тут – она утонула в луже коричневой слякоти, давно докуренных сигарет и городского мусора. Сильный толчок в спину отвлек меня от рассуждений и я пошел дальше. Быдло. Я глубоко втянул дым и поднял взгляд. Под гигантским рекламным щитом висели часы – 19:49. Успеваю.

Я выворачиваю карманы и достаю наличку. С тех пор как я сюда переехал – не имею налички. Деньги лежат на нескольких картонках, но не в кармане. Мне выдали билет и шлёпнули печать на запястье. В соседнем зале под сводами бывшего цеха какого то завода громыхала музыка и отрывался народ. В прямом смысле, люди улетали с этой планеты на невидимых джет-паках, закинувшись чем-то запрещенным вблизи туалета, славливая кайф от непонимания происходящего, но всасывая в себя, как в губку через гигантские зрачки отголоски нормального отдыха. Бред. Зачем?
“Двойной егермейстер и тоник без льда” – прокричал я бармену. Мне поставили пластиковый стакан и забрали фиолетовую купюру. Конечно тут больше краски, чем напитка, проще было взять какой-нибудь энергетический коктель с превышением дозы кофеина в сотню раз, но ничего другого мой организм бы не принял сейчас. На сцену вышел очередной коллектив. Прыщавые подростки, которые вчера взяли в руку гитару и опустошив очередную баклашку оболони начали “петь”. Не представляю, какой месседж они хотят донести в массы, или какие же цели они преследуют, выходя на сцену в отглаженных их мамами рубашках, но корчить из себя бунтарей у них явно не получалось. Толпа поднимала руки и кричала несвязные звуки, не понимая, о чем кричат волосатые новоиспеченные неформалы. Так прошло около двух часов. Я не отрывая задницы от стула спустил последний фиолет и осушил бокал. Антракт.

Затушив сигарету об стену туалета я посмотрел на себя в зеркало. В кого я превратился? шесть лет назад я и представить не мог, что я, в свои годы буду один идти на концертик голимой группы, перед которой будет выступать пожалуй какой-то 10А класс стреднеобразовательного заведения Южного Бутово. Шесть лет назад я пил пиво и был частью той самой толпы, которая на протяжении нескольких часов трётся друг о друга потными телами, прыгает друг у друга на ушах и долбит всё что долбится. Видимо за эти шесть лет многое изменилось. Детей по прежнему охрана пускает в клубы, наркоши по прежнему толкают в туалетах дрянь, жирные бабы в обтягивающих джинсах трясут телесами рядом с тобой.. Это всё осталось, но что-то ушло.. Чего то мне не хватало этим вечером.. Я открыл кран и плеснул себе в лицо холодной воды.
“Перебрал, бро? Иле недобрал? че, еще?”- спросил у меня щуплый дрищ из-за спины. “Нет. Отъебись”- резко осадил его я. Вышибая несильным пинком дверь на танцпол в голове так и крутилась мысль – “что здесь не так?”.. Эти люди, этот зал, бармен, стакан, тёлки.. оно всё не настоящее, искусственное, приправленное красителями и неоновым светом.. Как будто я попал в параллельный мир стеклянных взглядов в отделе резиновых кукол для самоудовлетворения.

Свет софитов бил мне в глаза. я стоял с боку от сцены и рассматривал рисунок на кедах вокалиста. Опершись к стенке меня попытались оттолкнуть, но двигаться куда либо желания абсолютно не было. “Эй, ну подвинься” – прокричал милый женский голос прямо в ухо. “Че тебе надо?”- спросил, поворачивая голову я.
– Подвинься, говорю, загородил всё, не видно ничего.
– Так иди на танцпол перед сценой, там и видно будет, и слышно, и помнут тебя знатно,- сказал я натягивая на лицо странную улыбку.
– Я хочу здесь,- окончательно обозлившись на меня сказала она.
– Пожалуйста.
Я сделал шаг назад и встал сзади. У нее были длинные светлые волосы, борцовка поверх красного лифчика, зеленая юбка с складочками, колготки и кеды. Боже мой! Вот оно, вот чего не хватало этой аудитории.. Блондинок в борцовках и юбках.. Видимо глаз и мозг очень сильно соскучился по ним за несколько месяцев этой осени.. Да и в Москве так мало где и когда и кто одевается. Джинсы, брюки.. Не юбки, не сарафаны, не платья.. А бесформенные свитера, поверх которых бесформенные куртки, на ногах отвратительные сапоги а-ля “я у мамы из колхоза поднимала целину”, джинсы.. Ох, как я их ненавижу..

Её голос стоял в моей голове и разговаривал со мной семнадцатилетним – “Познакомься со мной, слабак. Ты ж не маленький, тебе семнадцать”… Галлюцинации. Нет никакого семнадцатилетнего меня, нет никакого голоса в моей голове.
Она повернулась ко мне, подмигнула и подпрыгнула от проревевшего звука электро-гитары. Мне нужно собраться с мыслями, я же ради концерта пришел, а не ради какой-то шлюшки, которая только и хочет, что бы к ней начали приставать.. Нет, сказал я себе и направился к выходу. Я знал порядок песен, потому что видел лист, лежащий в ногах басиста, и решил чуть раньше этой толпы забрать свою бесформенную куртку. Да, мы все одинаковые, но эти так называемые двойные стандарты работают в обе стороны – мне больше и нечего толком одевать, кроме пуховика. Я хлопнул дверью и отправился к метро. Наплевав на правила я пошел на красный свет, избегая белых полос зебры, и не пропуская каждую лужу. Щелчок, затяжка, дым колечком. Штиль. Воздух просто не передвигается, как будто кто-то выключил небесный вентилятор на профилактику, при этом забыв включить тучи. Небо было как никогда яркое, звёзды виднелись достаточно четко, что удивительно для Москвы. Я остановился. “Какого черта? Она же где то там. А вдруг она хорошая, а я так вот и отметаю с первого взгляда девушку, судя по внешности, которая мне на самом деле очень сильно нравится? Да что ж я за идиот, надо вернуться и найти её. Прямо сейчас.” – сказал мне третий голос из полумрака моего подсознания. Это был мой голос. Немножко другой, чем час назад, но мой. Чуть ниже, чуть правильнее, чуть поставленнее.. Странно..

Я развернулся и пошел обратно к клубу, куря одну за одной. Из головы не выходила её улыбка. Почему улыбка то? Я перестал понимать происходящее и отправился на волю собственных ощущений. Запаха не было. Ни аромата, ни вони. Совершенно никакого запаха не было. У сигарет он тоже пропал. Мимо проезжающий самосвал с ног до головы меня обдал мощной струёй дыма от солярки, но и он был совершенно без запаха. Я торопился. Торопился как на уходящий поезд и боялся услышать его гудок… Сорок минут я фильтровал взглядом каждого, кто выходил из дверей клуба, пока оттуда не перестал выходить люд, и разозлившись на бытие унывая поплёлся домой. В наушниках играла песня. которой я обычно подпеваю.. Но не сегодня. Мне нужно еще выпить наверное. Я спустился в подземку и поехал в центр. Шум пролетающего по тоннелю вагона начал отрезвлять и развеевать уныние и грусть.
Я вышел на пушкинской и отправился по переходу. В сторону тверской. Смотря исключительно под ноги я не думал ни о чем. Мне не охото было думать. Мысли опьяняют.. Я спрыгнул с предпоследней ступеньки, как маленький мальчик, улыбнувшись и подняв взор взгляд уткнулся в чью-то грудь. Почему то очень знакомую грудь. Я не мог оторватся и, словно робот, на несколько градусов в секунду поднимал глаза я понял, что передо мной стоит именно она. Та самая, которую я сорок минут искал возле клуба и оберегал от тряски салом других людей во время концерта, именно она мне подмигнула в тот самый момент, когда я испугался и убежал..
– Привет, меня ждешь?- спросил я, сам того не ожидая.
– Да, тебя. Долго ты шел.
– Я долго тебя искал. Как ты поняла, что я буду именно тут?
– У тебя на пропуске в кармане был написан адрес, он на синей.. ближайшая пересадка именно тут..
– Ты… Ты заметила такую мелочь?
– Да..
– Пойдем прогуляемся?
– Наверх?
– Ниже некуда…
– Пошли.
Я пропустил её вперед и мы пошли к эскалатору. В эфире головного мозга была тишина.
Мы вышли на улицу и она взяла меня за руку – “Не теряйся”. А я и не собирался. Такой овощ как я только и может, что идти пристёгнутый поводком к кому нибудь, и молча следовать указаниям. Что я и делал, сам того не желая. Я натянул капюшон и вставил в одно ухо наушник. Зачем? да кто бы знал. Мне не хотелось ни разговаривать, ни слушать кого-либо, но меньше всего на свете мне хотелось отпускать эту маленькую ручку, которая держала меня за палец, как дочка держит отца… От этой мысли мне стало не по себе и я схватил её покрепче.
– Оу ковбой, полехче, мы еще не так хорошо знакомы, чтобы держаться за руку
– Меня зовут Алекс. А тебя?
– Не зови меня никак. Пускай это останется тайной..
– Интрига?
– Не более того.. У тебя есть ручка?
– Есть.
– Записывай.
Я достал из кармана блокнот и передал ей.
– Ня! Напишешь, позже. Пойдем подышим воздухом. Мы поднялись на Большой каменный мост и остановились.

Номер [0] – До того как начало стало началом

В нос ударил резкий запах дыма от печи соседнего вагона, перемешиваясь с еще одним, знакомым с самого детства, с тем самым запахом, который есть только в Москве, но его источник оставался для меня загадкой. Слабый ветер уносил густые клубы, то белого, то серого дыма вдаль от перрона, рисуя в небе замысловатую картинку из проступающих сквозь него ярких лучей утреннего столичного солнца.. Сквозь музыку слышу какие-то объявления, какой-то поезд прибывает на какой-то путь.. Еще секунда и щелчок фиксатора на двери тамбура в мгновение развеивает пелену утра и на моем лице проступает улыбка. Та самая “вкуренная” наркоманская улыбка, как на постерах с Бобом Марли, и ты стараешься не улыбаться, что бы не показаться идиотом, но корчишь гримасу клоуна из американских фильмов ужасов.. Проводник протер поручни и разрешил сойти с поезда.

Передо мной стояло человек десять, типичные пассажиры плацкартных вагонов дальнего следования: бабушки с внуками, торгаши с клетчатыми сумками, семьи с пьяным мужем и неуклюжей матерью, и студенты. У выпускников средней школы есть традиция – каждый год ехать в столицу и пытаться поступить в какой-нибудь университет. Я как раз был из их числа, с одним лишь только отличием: с прежним университетом и старой жизнью было покончено. Грохот падающего на мою ногу чемодана отвлек от мечтаний и моментально привел в чувства. Молодой парень, лет семнадцати, чуть ниже меня ростом, и уже в плечах не сумел удержать свой гигантский багаж, и рухнул вместе с ним с третьей полки на мою ступню.
– Извини, братиш, не хотел – прогнусавил малой и принялся собираться дальше.

Любовь многих жрать в поездах меня всегда поражала, и каждый раз, я пытался найти в этом хоть крупицу логики: садишься в поезд, начинаешь есть, поезд трогается, надо выпить, поезд проехал мимо столба, надо закусить и налить еще, как только еда закончилась – сходить покурить и лечь поспать. Цикл можно повторять после каждой остановки. Мне же ехать без малого – семнадцать часов. Семнадцать часов ада: лето, жара, соленый запах пота от свисающих в проход ног и не самой свежей банки рыбных консерв задаёт такое настроение, что вот вот перед тобой откроются врата ада и ты сможешь из него выйти. До моих врат оставалось пара человек, когда перестала играть песня в заведомо упрятанном подальше плеере. Я засунул руку в карман и попытался наощупь переключить очередь на самое начало.

Мощный толчок в спину мгновенно выплюнул меня из вагона и я прыгнул на перрон. В какой то момент мне показалось, что я видел пыль, разлетающуюся под моими кедами и сразу же налипающей на обувь… В наушниках заиграла песня Ильи Черта – так просто на душе.. “Так. Стоп. К черту эту меланхолию, я не ныть сюда приехал” – начал убеждать себя я, и некогда пропавшая улыбка эйфорийного опьянения снова вернулась на свое законное место. Я поднял взгляд вверх и сделал глубокий вдох. Наверное самый глубокий вдох в моей жизни.
Когда весна в душе, а в голове лишь ветер.. – промычал в наушниках автор, а я двинулся в сторону метро. Очередь в кассы была неимоверная, а в углу стоял дед, торговавший левыми билетами. Я стараюсь не поощрять подобные вещи, мошенников и прочих асоциальных типов, но именно в тот момент идея купить билеты у него показалась мне вполне пригодной. Я нащупал в кармане три червонца, свернул, положил в ладонь и направился к нему. Щупленький мужичок в советской кепке в одной руке держал стопку билетов, а другой ловко пересчитывал деньги. Мне показалось, что такие люди днём играют в билетеров, а ночью в преферанс или “двадцать одно”. Бегающий взгляд, жилистые кисти рук, протёртые заплатки на твидовом пиджаке – все мои мысли приводили только к одному выводу, что билеты у него получены явно не самым законным путем. Я быстрым шагом, расталкивая всех на своем пути направился к нему. Молча протянул деньги и забрал карточку, которую через десять секунд и выкинул в урну для использованных билетов. Мне некуда было торопиться. Университет начинал работу в девять часов утра, а ехать около получаса, и я уж никак не рассчитывал провести это время на лавочках перед главным входом. Завибрировал мобильник и я поднял трубку:
– Алё?!
– Привет, мужик, ты уже приехал? Не потерялся? подъезжай ко мне в гости, напою тебя крепким кофе!
– Это кто?
– Это Саша, ты что, меня не узнал?
– А, привет, Сань, богатым будешь. Куда ехать?
– На Профсоюзную, я встречу тебя у выхода из метро.
– В центре зала. До связи.
Я положил трубку, не дожидаясь ответа, уж больно хотелось первый раз в жизни встретиться в этом легендарном месте – “центр зала”. Сколько раз слышал, читал, видел, но никогда сам ни с кем не встречался в центре зала. Может быть потому что не пользовался дома метро, может быть потому что давно пересел на личный транспорт.. “Осторожно, двери закрываются, следующая станция Красные ворота” – пронеслось из динамиков поезда. Двери действительно закрылись и поезд дёрнулся. Шум нарастал и заглушал музыку. Я уже почти ничего не слышал, и поймал себя на мысли, что запах меня снова преследует.. Этот запах.. Метро.. Жидкость для смазывания рельс или шпал.. Я его очень сильно люблю.. Детские воспоминания картиной всплыли в голове, когда мы с семьей первый раз приехали в Москву, гуляли по Красной площади и по Александровскому саду, когда мама и бабушка нас держали за руку так крепко, что будь мы с братом чуть постарше – то побоялись бы за возможные переломы рук.
“Чистые пруды” – услышал я и выбежал и вагона. Поднимаясь по эскалатору, перелистывая песни в плеере я не заметил , как вышел на улицу. Странно, мне же на пересадку надо.. В пачке оставалось две сигареты и щелчок зажигалки сократил их количество вдвое. Очки забыл. Чёрт.. Солнце слепит и я отвернулся в сторону трамвайных путей..